Вот и я решила приобщиться – ФЛЭШМОБ
Sep. 13th, 2005 01:34 pmЯ придумала такой: укажите пять актуальных/любимых цитат и объясните, почему вы их выбрали.
«Кити посмотрела на его лицо, которое было на таком близком от неё расстоянии, и долго потом, через несколько лет, этот взгляд, полный любви, которым она тогда взглянула на него и на который он не ответил ей, мучительным стыдом резал её сердце.»
( Было бы из-за чего терзаться-то… Можно подумать, она ему минет посреди бального зала сделала, - нет, всего лишь, посмотрела с любовью, на которую он не ответил. Но в этом вся суть махровой «девичьей» гордости.)
«Похоже на оглавление какой-то плохой книги, - подумал Жюльен. - С какой самоуверенностью берутся здесь за самые великие проблемы мысли человеческой! Но послушай их три минуты, и уже не знаешь, чему больше удивляться: тому ли,
что этот говорун так напыщен, или его невероятной невежественности.
…
- Никак не угадаешь, что надо сказать, когда говоришь с нашими великими дипломатами, - отвечал Жюльен. - У них просто страсть какая-то заводить серьезные разговоры. Так вот, если придерживаться общих мест и газетных истин, прослывешь глупцом. Если же вы позволите себе преподнести что-нибудь новенькое и похожее на правду, они изумляются, не знают, что отвечать, а на другой день, в семь часов утра, вам сообщают через первого секретаря посольства, что вы вели себя непристойно»
(Чего тут объяснять - люблю про жж читать)
«- Я в одной папиной книге, - у него много старинных смешных книг, - прочла, какая красота должна быть у женщины... Там, понимаешь, столько насказано, что всего не упомнишь: ну, конечно, черные, кипящие смолой глаза, - ей-богу, так и написано: кипящие смолой! - черные, как ночь, ресницы, нежно играющий румянец, тонкий стан, длиннее обыкновенного руки, - понимаешь, длиннее обыкновенного! - маленькая ножка, в меру большая грудь, правильно округленная икра, колена цвета раковины, покатые плечи, - я многое почти наизусть выучила, так все это верно! - но главное, знаешь ли что? - Легкое дыхание! А ведь оно у меня есть, - ты послушай, как я вздыхаю, - ведь правда, есть?»
(Интонация записана знаками препинания как нотами, совершенно конкретно.)
«Моя зубная щетка смерзлась и словно приросла к алюминиевой полочке, которая была привинчена к столбу у крыльца. Я оторвал щетку. Потом четыре раза качнул насос, но воды не было. На пятый раз вода, поднявшись из глуби скованной морозом земли и клубясь паром, потекла по бороздкам бурого ледника, выросшего в желобе. Ржавая струя смыла со щетки твердую одежку, но все равно, когда я сунул ее в рот, она была как безвкусный прямоугольный леденец на палочке. Коренные зубы заныли под пломбами. Паста, оставшаяся в щетине, растаяла, и во рту разлился мятный привкус. Леди смотрела на эту сцену с бурным восторгом, извиваясь и дрожа всем телом, и, когда я сплевывал, она лаяла, как будто аплодировала, выпуская клубы пара. Я положил щетку на место, поклонился и с удовольствием услышал, что аплодисменты не смолкли, когда я скрылся за двойным занавесом наших дверей»
(Если бы существовала такая книга, где приводится безупречное описание всех на свете действий, то параграф «чистка зубов засохшей щёткой на морозе» содержал бы именно этот текст. Подпункт – «в присутствии собаки»)
"...и на рассветах грядущих лет пассажиры огромных судов будут просыпаться, задыхаясь от аромата садов в открытом море, и капитан спустится со шканцев в своей парадной форме с боевыми медалями на груди, со своей астролябией и своей Полярной звездой и, показывая на мыс, горой из роз поднявшийся на горизонте Карибского моря, скажет на четырнадцати языках, смотрите, вон там, где ветер теперь так кроток, что укладывается спать под кроватями, где
солнце светит так ярко, что подсолнечники не знают, в какую сторону повернуться, там, да, там находится селение Эстебана."
( Просто плакать хочется от красоты и величия, как во второй части "Двух сорванных башен", когда наши пошли в психическую атаку, как матросы на зебрах, а сверху, лавиной, Пендальф на Сервелате со светлым войском...
слёзы душат, пойду портвейна накачу...)
Осмелюсь предложить эстафету mosomedve, mariannah, houseof_silence, mysss, uhbif
и всем, кто пожелает.
«Кити посмотрела на его лицо, которое было на таком близком от неё расстоянии, и долго потом, через несколько лет, этот взгляд, полный любви, которым она тогда взглянула на него и на который он не ответил ей, мучительным стыдом резал её сердце.»
( Было бы из-за чего терзаться-то… Можно подумать, она ему минет посреди бального зала сделала, - нет, всего лишь, посмотрела с любовью, на которую он не ответил. Но в этом вся суть махровой «девичьей» гордости.)
«Похоже на оглавление какой-то плохой книги, - подумал Жюльен. - С какой самоуверенностью берутся здесь за самые великие проблемы мысли человеческой! Но послушай их три минуты, и уже не знаешь, чему больше удивляться: тому ли,
что этот говорун так напыщен, или его невероятной невежественности.
…
- Никак не угадаешь, что надо сказать, когда говоришь с нашими великими дипломатами, - отвечал Жюльен. - У них просто страсть какая-то заводить серьезные разговоры. Так вот, если придерживаться общих мест и газетных истин, прослывешь глупцом. Если же вы позволите себе преподнести что-нибудь новенькое и похожее на правду, они изумляются, не знают, что отвечать, а на другой день, в семь часов утра, вам сообщают через первого секретаря посольства, что вы вели себя непристойно»
(Чего тут объяснять - люблю про жж читать)
«- Я в одной папиной книге, - у него много старинных смешных книг, - прочла, какая красота должна быть у женщины... Там, понимаешь, столько насказано, что всего не упомнишь: ну, конечно, черные, кипящие смолой глаза, - ей-богу, так и написано: кипящие смолой! - черные, как ночь, ресницы, нежно играющий румянец, тонкий стан, длиннее обыкновенного руки, - понимаешь, длиннее обыкновенного! - маленькая ножка, в меру большая грудь, правильно округленная икра, колена цвета раковины, покатые плечи, - я многое почти наизусть выучила, так все это верно! - но главное, знаешь ли что? - Легкое дыхание! А ведь оно у меня есть, - ты послушай, как я вздыхаю, - ведь правда, есть?»
(Интонация записана знаками препинания как нотами, совершенно конкретно.)
«Моя зубная щетка смерзлась и словно приросла к алюминиевой полочке, которая была привинчена к столбу у крыльца. Я оторвал щетку. Потом четыре раза качнул насос, но воды не было. На пятый раз вода, поднявшись из глуби скованной морозом земли и клубясь паром, потекла по бороздкам бурого ледника, выросшего в желобе. Ржавая струя смыла со щетки твердую одежку, но все равно, когда я сунул ее в рот, она была как безвкусный прямоугольный леденец на палочке. Коренные зубы заныли под пломбами. Паста, оставшаяся в щетине, растаяла, и во рту разлился мятный привкус. Леди смотрела на эту сцену с бурным восторгом, извиваясь и дрожа всем телом, и, когда я сплевывал, она лаяла, как будто аплодировала, выпуская клубы пара. Я положил щетку на место, поклонился и с удовольствием услышал, что аплодисменты не смолкли, когда я скрылся за двойным занавесом наших дверей»
(Если бы существовала такая книга, где приводится безупречное описание всех на свете действий, то параграф «чистка зубов засохшей щёткой на морозе» содержал бы именно этот текст. Подпункт – «в присутствии собаки»)
"...и на рассветах грядущих лет пассажиры огромных судов будут просыпаться, задыхаясь от аромата садов в открытом море, и капитан спустится со шканцев в своей парадной форме с боевыми медалями на груди, со своей астролябией и своей Полярной звездой и, показывая на мыс, горой из роз поднявшийся на горизонте Карибского моря, скажет на четырнадцати языках, смотрите, вон там, где ветер теперь так кроток, что укладывается спать под кроватями, где
солнце светит так ярко, что подсолнечники не знают, в какую сторону повернуться, там, да, там находится селение Эстебана."
( Просто плакать хочется от красоты и величия, как во второй части "Двух сорванных башен", когда наши пошли в психическую атаку, как матросы на зебрах, а сверху, лавиной, Пендальф на Сервелате со светлым войском...
слёзы душат, пойду портвейна накачу...)
Осмелюсь предложить эстафету mosomedve, mariannah, houseof_silence, mysss, uhbif
и всем, кто пожелает.